Константин Викторович Осипов и его усадьба в Успенском-Трахонеево

120
Рис. 6. Вид усадебного дома с севера. Архив потомков К. В. Осипова.
Рис. 6. Вид усадебного дома с севера. Архив потомков К. В. Осипова.

Кувырков Игорь Владимирович, научный сотрудник Долгопрудненского историко-художественного музея
Васина Елизавета Игоревна, поэтесса, праправнучка Константина Викторовича Осипова

Опубликовано в издании Русская усадьба Русская усадьба : Сборник Общества изучения русской усадьбы / Рос. : Сборник Общества изучения русской усадьбы / Рос. акад. архитектуры и строит. наук; НИИ теории и истории архитектуры акад. архитектуры и строит. наук; НИИ теории и истории архитектуры и градостр-ва; науч. ред.-сост. М. и градостр-ва; науч. ред.-сост. М. В. Нащокина.— Санкт-Петербург : Коло, Санкт-Петербург : Коло, 2020.— Вып. 26 (42). С.225-238.

Опубликованный в сборнике и на сайте текст является сокращённой версией материала о К.В. Осипове, над которым продолжается работа.


История поместья Константина Викторовича Осипова, располагавшегося на территории современных Химок, началась 9 февраля 1888 года, когда он приобрёл за 34 000 рублей у московского купца Алексея Никитича Егорова 325 десятин и 874 сажен земли в Московском уезде «при с-це Троханеево-Успенское тож и дер. Свистухе (4-го стана)» [1].

К. В. Осипов. 1890-е гг. Из книги Е.М. Юхименко «Рахмановы: купцы-старообрядцы, благотворители и коллекционеры».
К. В. Осипов. 1890-е гг. Из книги Е.М. Юхименко «Рахмановы: купцы-старообрядцы, благотворители и коллекционеры».

Константин Викторович Осипов родился в 1859 году в Большой Садовой слободе в Москве, в старинной купеческой семье старообрядцев по Рогожскому кладбищу[2]. Основателем династии стал его прадед, выходец из Гуслицкой волости[3] Николай Осипович Осипов, владелец суконной фабрики[4].

Константин Викторович, потомственный почётный гражданин, окончил Московскую практическую академию коммерческих наук[5], в 1890-е стал купцом 1-й гильдии. Состоял городовым старостой Московского Сиротского Суда и товарищем старшины московского купеческого сословия, членом-соревнователем Совета Комиссаровского Технического училища в Москве, являлся выборным московского купеческого сословия, церковным старостой при церкви Московского Коммерческого училища[6]. Три срока подряд К.В. Осипов был гласным московской Городской думы и примыкал там к старообрядческой группировке[7].

К. В. Осипов был главным владельцем банкирской конторы «К. Осипов и Ко»[8]. Его совладельцем выступал Фёдор Семёнович Рахманов, муж сестры Константина Викторовича Ольги Викторовны[9].

Константин Викторович был почётным членом Московского филармонического общества, находившегося под покровительством великой княгини Елизаветы Фёдоровны и созданного К. С. Станиславским[10].

Как отмечала Софья Георгиевна Рахманова (дочь жены К.В. Осипова Софьи Ивановны Осиповой (Чижовой) от второго брака с Георгием Карповичем Рахмановым), «…судьба не одарила дядю Костю блестящей наружностью. Полноватый, приземистый (он был ниже мамы ростом), смолоду лысый, он, конечно, не был похож на «героя романа», но в нём было столько доброты и какой-то безобидной кротости, что он невольно располагал к себе. Говорят, он был очень весёлый, предприимчивый, изобретательный <…>. Сам дядя Костя неплохо играл на фортепьяно, кажется, рисовал. В зале особняка была устроена сцена, часто устраивались благотворительные спектакли, вечера и, как теперь говорят, прочие «мероприятия»[11].

В течение нескольких лет К. В. Осипов состоял членом-казначеем Общества любителей музыкальных и драматических искусств [12]. Помимо всего прочего Константин Викторович состоял в Императорском обществе Акклиматизации животных и растений[13]. Воистину, это был человек широчайших интересов!

Рис. 2. К. В. Осипов и его двоюродный брат Вонифатий Александрович Осипов в Успенском на фоне построенного усадебного дома. Раскрашенное фото. Август 1888 года. Архив потомков К. В. Осипова.
Рис. 2. К. В. Осипов и его двоюродный брат Вонифатий Александрович Осипов в Успенском на фоне построенного усадебного дома. Раскрашенное фото. Август 1888 года. Архив потомков К. В. Осипова.

Как уже упоминалось, в 1888 году К. В. Осипов приобрёл земли, относящиеся к селу Успенское-Трахонеево и деревне Свистуха. Он активно взялся за постройку подмосковной дачи. И на фотографии, датированной августом 1888 года, уже видны не только посаженные деревья, которые в будущем образуют красивые аллеи, но и главный усадебный дом.

Из дневника Серафимы Фёдоровны Рахмановой (племянницы К. В. Осипова), датируемого приблизительно 1888-м годом (с примечаниями авторов):

«Костя [К. В. Осипов] купил имение, и я поехала туда…

На станции «Химки» мы подошли к тарантасику… Дорога шла по насыпи. Показались берёзовые лесочки, кое-где желтела сурепица, зеленели всходы; … по аллее из молодых берёзок подъехали к усадьбе.

Рис. 3. К. В. Осипов у своего усадебного дома в Успенском. Архив потомков К. В. Осипова.
Рис. 3. К. В. Осипов у своего усадебного дома в Успенском. Архив потомков К. В. Осипова.

Огибая круг, где за низенькими зелёными столбиками стояли тоненькие ёлочки, подкатили к дому. Бревенчатый серый некрашеный большой двухэтажный, он выглядел отсюда некрасиво. В комнатах было уютно: всё как любил Костя – с мягкой мебелью, с вышитыми подушками на диванах, с гравюрами, с букетами цветов в вазах и с драпировками на окнах. Терраса выходила на маленькую площадочку, за ней луг, охраняемый ёлочками, только что посаженными, – ничто не закрывало широкого горизонта! <…> Простор кругом! Заходящее солнышко освещало свежую весеннюю зелень, убегали просёлки, стояли деревни, похожие одна на другую, с низенькими старенькими избушками в садах. Назывались они Воскресенки, Яковлево, Клязьма. Вдали на тёмном фоне леса белела церковь села Павликов, а рядом с усадьбой виднелась недостроенная церковь села Успенского, Тарханеево тож.

Рис. 4. Вид из усадебного дома на север. Архив потомков К. В. Осипова.
Рис. 4. Вид из усадебного дома на север. Архив потомков К. В. Осипова.

…В самой усадьбе, в планах Кости, намечался фруктовый сад, постройка школы. Лежали брёвна, валялись стружки. Отделанным выглядел домик управляющего, скотный двор с коровами. По маленькой горке можно было быстро спуститься к реке, откуда доносился шум плотины. Протекала, извиваясь, Клязьма с белыми лилиями. По берегу тянулся Денисовский лес [Денисов Андрей Тимофеевич, купец 2-й гильдии, владевший землями при соседнем селе Чашниково], а Костин лес был за лугом, недалеко от имения. Под широким простором лазури лежали нивы, темнели избушки Свистухи и кресты сельского погоста»[14].

По хранящимся в семье воспоминаниям внучки Осипова Ирины Фёдоровны Барт, дед приобрёл сельскохозяйственные неудобья. Действительно, значительная часть земель усадьбы представляла собой косогор, спускающийся к реке Клязьма, в некоторых местах прорезанный оврагами и мало приспособленный для пашни.

Один из таких оврагов, расположенный недалеко от господских домов усадьбы, был перегорожен, в результате чего образовалась запруда. Константин Викторович собственноручно его чистил, ухаживал за ним и пытался разводить рыбу.

Рис. 5. К. В. Осипов у одного из искусственных прудов в Успенском. Архив потомков К. В. Осипова.
Рис. 5. К. В. Осипов у одного из искусственных прудов в Успенском. Архив потомков К. В. Осипова.

Второй пруд, тоже искусственный, но выкопанный, сохранился до сих пор и располагается по левую руку от дороги, соединяющую Рогачёвский тракт с усадьбой. По-видимому, особой хозяйственной роли пруд не имел, но использовался зимой для катания на коньках.

По невыясненным причинам в 1902 году Константин Викторович решил продать имение (однако так и не продал), опубликовав в феврале того же года анонимное объявление в газете «Торгово-Промышленный Листок Объявлений»:

«Имение находится по Николаевской ж. д. 8 вёрст от станции «Сходня», из которых часть по шоссе; усадьба стоит на высоком берегу р. Клязьмы.

Величина имения 214 дес., из которых: под лесом – 86 дес., под покосом и заливными лугами – 52 дес., под пашней – 44 дес., под усадьбой и парком – 15 дес., под водой, дорогами и проч. – 17 дес. Имение всё смежно, но по составу угодий, как бы разделяется на две части: а) собственно господская усадьба; б) молочная ферма с водяной мельницей и кузницей.

А) Господская усадьба имеет между многими другими стройками: главный дом, большой, двухэтажный, деревянный, новой стройки, крыт железом, с 15 комнатами; большая терраса, около 7 саж. длиною, с обширным видом вниз на реку и прочие окрестности. Кроме главной большой террасы – дом имеет ещё 5 террас, – а наверху в башне три балкончика; карнизы, фронтоны и наличники с резными украшениями.

Рис. 6. Вид усадебного дома с севера. Архив потомков К. В. Осипова.
Рис. 6. Вид усадебного дома с севера. Архив потомков К. В. Осипова.

Полы паркетные, двери дубовые, оконные рамы двойные, лакированные. 8 печей голландских из гжельского кирпича, 4 камина с приборами. Во весь дом проведена вода. Имеются: ванна, ватерклозеты, воздушные звонки. Весь дом хорошо меблирован. Под домом находится подвал с 4 отделениями, под сводами, на рельсах часть дверей двухстворчатые железные, полы в подвалах бетонные и каменные. К главному дому с обоих сторон, в форме дуг примыкают галереи, крытые железом, на каменных столбах соединяющие главный дом с боковыми двумя флигелями. Галерея со стеклянными двойными рамами во всё продолжение, длиною каждая галерея 8 2/3 саж., а ширина 3 1/3 саж.

Второй дом (зимний) двухэтажный, деревянный, новой прочной стройки, крыт железом, карнизы, фронтоны и наличники с резными украшениями. Стены внутри и потолки оштукатурены и окрашены; полы паркетные, оконные рамы двойные внутри лакированные; 4 печи голландских из гжельского кирпича, 2 камина с приборами. Дом, в котором кроме кухни 7 комнат, отапливается в настоящее время водяной центральной системой отопления, устроенной недавно инженером Залесским. В доме ватерклозеты и воздушные звонки. В кухне: изразцовая русская печь, а также чугунная плита. Под частью дома подвал под сводами на рельсах. Дом имеет террасу и 2 балкона. И этот дом хорошо меблирован.

Третий дом (главный служебный флигель) двухэтажный, деревянный, крыт железом. В доме имеется: 8 комнат для прислуги, коридор; господская кухня и людская кухня. 2 печи голландских, 2 железных, 1 русская изразцовая, 1 пекарня изразцовая и изразцовая плита. В доме ватерклозет. Под домом находится каменное помещение с тремя отделениями, под сводами на рельсах. Дом соответственно меблирован.

На реке Клязьме имеется 2 купальни и лодочный сарай с 2 лодками.

Б) Молочная ферма с прилегающими к ней стройки – всего 23 стройки. Скотный двор – бревенчатый, снаружи обшитый тёсом, б. ч. на каменном фундаменте, крыт железом, ворота, двери и оконные рамы сосновые, полы асфальтовые; устроено 15 денников и 14 стойл. Отделение тёплое с голландскою печью для скотницы и пастуха. Отделение для молока.

Дом управляющего – бревенчатый, обшит тёсом, на каменном фундаменте (крыт железом, голландские печи, кухня с плитой. Дом меблирован. Кроме того на ферме имеются следующие хозяйственные постройки: помещение для рабочих с кухней, амбаром, погреба, конюшня (с лошадьми), каретный сарай (с экипажами), молотильный сарай (с принадлежностями), сенные сараи (с сеном), птичники (с птицей), баня и проч.

Рогатого скота – всего 32 штуки, из них 16 дойных коров. Имеются следующие сельскохозяйственные машины: молотилка Эмиля Липгардта, веялка – его же, жнейка – Дези, косильная машина – Мак и Кармик, сеялка – Эмиля Липгардта, сортировка – его же и все прочие полевые хозяйственные инструменты. К ферме примыкают на берегу реки Клязьмы: кузница – с отдельным домом для кузнеца; мельница – с отдельным домом для мельника.

К главному дому в усадьбе примыкает обширный вековой парк и цветник. Часть почвы, примыкающей к молочной ферме – торф. Около 5-ти верст от имения находится хорошая земская больница с двумя докторами; также около 5 верст имеется ветеринарный земский пункт с постоянным врачом и фельдшером, здесь же лечебница для животных. Имение застраховано в Московском Страховом Обществе. Нигде не заложено. Имеется управляющий – немец. Имение соединено с Mосквою телефоном. Желаемая цена – 130 тыс. руб.»[15].

Начало ХХ в. ознаменовалось очередным экономическим кризисом, совпавшим с Русско-японской войной и Первой русской революцией. В этот период «ввиду полной несостоятельности» закрылись несколько значительных банкирских контор, в том числе и «К. Осипов и К°»[16]. Крах конторы Осипова произошёл в начале августа 1904 года. «В Архангельске я купила газету «Русское слово» и прочла о крахе нашей конторы»[17] – написала в своём дневнике Ольга Викторовна. Софья Георгиевна Рахманова так описала последствия разорения: «…Константин Викторович, а также его компаньоны разорились. У него осталось лишь именьице Успенское, которое как будто было переведено на детей. Туда дядя Костя и переехал на постоянное жительство.»[18].

Несмотря на банкротство хозяина, усадьба продолжала жить довольно весело и гостеприимно. По воспоминаниям Ольги Викторовны Рахмановой, относящимся к 1910-м годам, в деревянном театре в парке ставили спектакли, в которых принимали участие члены семьи, родственники и соседи. Подобные представления собирали много зрителей[19].

Рис. 7. Аттракцион «Гигантские шаги». Архив потомков К. В. Осипова.
Рис. 7. Аттракцион «Гигантские шаги». Архив потомков К. В. Осипова.

Среди гостей усадьбы можно было встретить известного русского советского скульптора Сергея Тимофеевича Конёнкова. В сборнике воспоминаний о нём Елизавета Фёдоровна Рахманова, племянница Константина Викторовича (дочь Ольги Викторовны), писала:

«… вспоминаются наши зимние каникулы в том же имении дяди Кости. В парке была устроена деревянная гора. Зимними холодными вечерами забирались на эту гору и с шумом и смехом катались на санках. Сергей Тимофеевич любил с самой вышки бросаться вниз, прямо в снег.

Ещё любили кататься на лыжах с лошадью. Держались за вожжи, стоя на лыжах, лошадь неслась по снежным дорогам, и лыжник нёсся вместе с нею. Сергей Тимофеевич бесстрашно и смело предавался этому удовольствию. Он не боялся никаких опасностей»[20]

Рис. 8. Катание с горки в Успенском. В санках К. В. Осипов. Архив потомков К. В. Осипова.
Рис. 8. Катание с горки в Успенском. В санках К. В. Осипов. Архив потомков К. В. Осипова.

Для того чтобы содержать свою семью, Константин Викторович Осипов сдавал дома своей усадьбы. Немногим более 2-х лет, начиная с 1911 года, таким дачником был Николай Карлович Метнер (1879 –1951), знаменитый русский композитор и пианист.

Рис. 9. Церковно-приходская школа, выстроенная К. В. Осиповым в Успенском. Архив потомков К. В. Осипова.
Рис. 9. Церковно-приходская школа, выстроенная К. В. Осиповым в Успенском. Архив потомков К. В. Осипова.

К. В. Осипов, приняв православие, принимал активное участие в жизни прихода храма Успения Пресвятой Борогодицы в Трахонеево. Он щедро жертвовал денежные средства на строительство каменного здания храма Успения Пресвятой Богородицы в соседнем селе Успенское-Трахонеево, законченного к 1892 году[21], а в 1889 году за собственный счёт и на собственной земле выстроил церковно-приходскую школу. По иронии судьбы после революции 1917 года, когда школа была преобразована в Клязьминскую советскую I ступени школу, Константин Викторович работал там учителем[22].

Известно, что Константин Викторович Осипов жил в усадьбе как минимум до 1924 года – существует его рекомендательное письмо для бывшего сотрудника его банкирского дома и друга семьи Кузнецова Павла Павловича, датированное 31 марта 1924 года и составленное в «совхозе «Успенское» – ст. Хлебниково, Савёловской Ж.Д.»[23]

Рис. 10. Вид на южную, парадную часть усадебного дома. Архив потомков К. В. Осипова.
Рис. 10. Вид на южную, парадную часть усадебного дома. Архив потомков К. В. Осипова.

Если проследить изменение площади владений Осипова, то от года к году они уменьшались, а иногда и значительно. При покупке в 1888 году площадь имения составляла 325 десятин. В справочнике 1899 года при селе Успенском-Трахонеево за Осиповым числилось 297 десятин с оценочной стоимостью для взимания земских сборов в 9319 рублей[24], а при деревне Свистуха указана только стоимость в 29606 рублей, без указания площади[25]. Таким образом, общую площадь владений посчитать невозможно, если же считать площадь пропорционально стоимости, получаются очень неправдоподобные результаты. К 1902 году, когда имение готовилось к продаже, в нём осталось только 214 десятин. Известно, что часть земель была продана купчихе Е. Г. Шмелёвой, матери русского писателя и публициста И. С. Шмелёва[26]. Возможно, что и другие земли продавались Осиповым новым дачникам, например М. П. Белову[27], в результате чего образовался небольшой дачный посёлок, территория которого в советское время относилась к дому отдыха «Алые Паруса». В свою очередь в настоящее время, начиная с 2019 года, эта территория застраивается жилым многоэтажным комплексом «Рафинад».

Сведения о послереволюционных годах жизни Константина Викторовича Осипова скудны и опираются лишь на семейные легенды и косвенные данные. Согласно дневникам его сестры, Ольги Викторовны, в конце 1920-х – начале 1930-х годов он проживал в Москве. К 1936 году упоминания в дневниках о Константине Викторовиче исчезают.

Что же происходило с усадьбой К. В. Осипова в послереволюционное время? Хотя пока и не найдено документальных подтверждений, вполне очевидно, что после 1917 года усадьба была национализирована.

Достоверно известно, что церковно-приходская школа, построенная на земле и за средства Осипова в 1889 году, к 1919 превратилась в Клязьминскую советскую I ступени школу[28]. Позже она называлась Клязьминская начальная школа и просуществовала до 1971 года[29]. Однако первоначальное здание сгорело в 1966 году.

В 1925 году в жилых зданиях усадьбы была размещена Клязьминская сельская больница на 10 коек, обслуживающая местные деревни[30]. Больница проработала до октября 2011 года[31].

Рис. 11. Усадьба К. В. Осипова в роли Клязьминской больницы. Начало 2000-х годов. Фото Д. Ю. Кувыркова.
Рис. 11. Усадьба К. В. Осипова в роли Клязьминской больницы. Начало 2000-х годов. Фото Д. Ю. Кувыркова.

По неизвестным причинам исчезли многие усадебные постройки, было снесено второе крыло главного усадебного дома. Основное здание, занятое больницей, лишилось большинства «архитектурных излишеств» – крылец и пристроенной летней веранды с надстроенным балконом, украшенной резными балясинами и наличниками. Но само по себе здание оставалось вполне крепким, сохраняемое высоким каменным фундаментом. Летом 2011 года химкинские краеведы направили письмо в Министерство культуры Московской области с просьбой присвоить усадьбе К. В. Осипова статус объекта культурного наследия. Формально министерство было готово посодействовать проведению государственной историко-культурной экспертизы, но не за государственные деньги[32].

Однако вскоре провести экспертизу стало невозможно. Спустя месяц после закрытия больницы, в ноябре 2011 года здание было разрушено. Можно лишь предположить, что узнав о возможном присвоении усадьбе охранного статуса, химкинские чиновники поступили по принципу: нет здания – нет проблем с землёй. И незамедлительно передали (а вероятнее – продали) необременённую землю ОАО «Медицина» под строительство онкологического реабилитационного центра.

Рис. 12. Развалины усадьбы К. В. Осипова. 16 декабря 2011 года. Фото И. В. Кувыркова.
Рис. 12. Развалины усадьбы К. В. Осипова. 16 декабря 2011 года. Фото И. В. Кувыркова.

Бесспорно, учреждения медицины, будь то государственные, будь то частные, должны строиться как можно чаще, и быть их должно как можно больше. Но стоит ли сносить ради этого и без того малочисленные подмосковные усадьбы? Таких бесценных свидетелей старинного купеческого уклада жизни и быта на сегодня практически не осталось.


[1] ЦГА Москвы. Ф. 184 Оп. 9, Д. 581 Л. 683.
[2] Дневники Ольги Викторовны Рахмановой (ур. Осиповой). Рукопись.
[3] Юхименко Е. М. Рахмановы: купцы-старообрядцы, благотворители и коллекционеры. М., Тончу. 2013 г. С. 7-8.
[4] Там же. С. 89.
[5] Там же. С. 146.
[6] Справочная книга о лицах, получивших на 1904 год купеческие и промысловые свидетельства в Москве. М., 1904. С. 29.
[7] Писарькова Л. Ф. Московская городская дума. 1863-1917. М., 1998. С. 141, 437, 448, 459.
[8] Юхименко Е. М. Рахмановы: купцы-старообрядцы, благотворители и коллекционеры. М. Тончу. 2013 г. С. 469.
[9] Там же. С. 311.
[10] Савельева Л. И. Учредители, пайщики, вкладчики МХАТа // Московский журнал. 1998. — № 10. — С. 13-17.
[11] Юхименко Е. М. Рахмановы: купцы-старообрядцы, благотворители и коллекционеры. М. Тончу. 2013 г. С. 351-352.
[12] Кузнецов В. М. Здесь бывал Шмелёв // Встреча, 2004, №6, С. 38.
[13] Вся Москва. Адресная и справочная книга на 1901 год: 30-й год издания. – Т-во типо-литографии Владимир Чичерин в Москве. 1901 . С. 323.
[14] Рахманова С. [Ф.]. История одной любви // Московский журнал. 1992. № 11/12. С. 32.
[15] Торгово-Промышленный Листок Объявлений №119 от 21 февраля 1902, C. 2-3.
[16] Лизунов П. В. Банкирский дом, «который лопнул» // Экономическая история. Ежегодник. 2008. М., 2009.
[17] Воспоминания Ольги Викторовны Рахмановой (ур. Осиповой). 1914 год. Рукопись.
[18] Юхименко Е. М. Рахмановы: купцы-старообрядцы, благотворители и коллекционеры. М. Тончу. 2013 г. С. 353.
[19] Кузнецов В. М. Здесь бывал Шмелёв // Встреча, 2004, №6, С. 40.
[20] Рахманова Е.Ф. Воспоминания о Сергее Тимофеевиче Конёнкове // С. Т. Конёнков: Встречи. Воспоминания современников о скульпторе. М., 1980. С. 55.
[21] Белкина, Н. Из села Трахонеева, Московского уезда. Построение и освящение храма / Надежда Белкина // Московские церковные ведомости. – Москва, 1892. — 23 авг. (№ 34). – С. 442. – Корреспонденция.
[22] ЦГАМО Ф. 976 Оп. 2 Д. 118 Л. 123.
[23] Кузнецов В.М. Здесь бывал Шмелёв // Встреча, 2004, №6, С.38.
[24] Памятная книжка Московской губернии на 1899 год. М.: Губернская типография, 1899. С.497.
[25] Там же. С.491.
[26] Кузнецов В.М. Здесь бывал Шмелёв // Встреча, 2004, №6, С.39.
[27] Населенные местности Московской губернии : С алф. указ. и карт. Моск. губ. / Под ред. и. д. секретаря ком. Б. Н. Пенкина ; Изд. Моск. столичного и губ. стат. ком. — М. : Губ. тип., 1913. — 454 с. ; С.55.
[28] ЦГАМО Ф. 976 Оп. 2 Д. 118 Л. 123.
[29] Мочалова Н.В Деревеньки мои дорогие: Краеведческие очерки. – Химки: ДекАРТ, 2016. С.22.
[30] Там же. С.16.
[31] Там же. С.19.
[32] Письмо Министерства культуры Московской области №16-4091/1-26 от 02.08.2011.